Владимир Большаков Прибужье.рф

Разделы

маркированный список

Главная

маркированный список

Аудио книги

маркированный список

Фото галерея

маркированный список

Книги

маркированный список

РАССКАЗЫ

маркированный список

роман

маркированный список

Стихи

маркированный список

Песни

маркированный список

видео

маркированный список

Биография

маркированный список

Гостевая книга

 

E-mail: bvv@mstart.ru

 

Владимир Большаков

Новый год

Наступление Нового года не радовало. Когда-то, еще задолго до праздника, начинала петь душа, начинались какие-то хлопоты, а сейчас… Может, начинали давить на плечи прожитые годы, может, менялось мировоззрение, ломая в душе прежние устои. Не радовали компании, не радовали веселые застолья – душа просила уединения и покоя. Тянуло в храм. В мой храм, где крестили меня, куда водила меня мальчишкой бабуля, где были крещены и отпеты все мои родственники. И там, в Палищах, после службы в храме, мы шли с батюшкой к нему домой, где, сидя за столом за кружкой чая, вели долгие неторопливые беседы. Эти беседы не проходили даром. Каждый раз я черпал для себя что-то новое, и это новое находило свое место в моей душе. Я старался чаще бывать в храме, старался соблюдать церковные праздники, старался поститься (не всегда, правда, это получалось), да и Новый год для меня перестал быть праздником. Какой же это праздник во время поста? Сомнений не было. Заранее созвонившись с батюшкой, я 31 декабря сел вечером в электричку и уже через полчаса был на станции Торфпродукт, где меня встречал на машине батюшка.

- Ну что? - благословляя меня, с улыбкой произнес он. - Созрел?

- Как видишь, батюшка, может, не до конца, но начинаю созревать.

- Ну и хорошо! Поедем с Богом! Посидим дома, чайку попьем, а там и на службу пора.

Сидя за столом, мы пили чай, обмениваясь последними новостями. Благо, у нас было много общих знакомых. Время текло незаметно.

- Ну что, - взглянув на часы, произнес батюшка, - разговоры разговорами, а пора и в храм.

Мы оделись и вышли на улицу. Погода была изумительная. Я давно уже не видел такой новогодней ночи. Стоял легкий морозец. Небо было усеяно яркими звездами. Откуда-то из небытия на землю опускались редкие, огромные, как лохмотья, снежинки.

- Батюшка, глянь, - не выдержал я, - прелесть-то кругом какая, как в сказке. А храм как в такой ночи смотрится!

- Да, Володь, красиво. Послал Господь ночку. Действительно, все как в сказке.

Мы подошли к храму и, перекрестившись, вошли внутрь. Полумрак, лишь горевшие лампады пред иконами освещали лики святых. Батюшка прошел в алтарь, а я остался один на один со своими мыслями. Купив свечи, поставил за упокой и медленно пошел по храму, зажигая и расставляя свечи перед иконами за здравие родных, друзей, знакомых.

За это время батюшка переодевался в алтаре и вышел оттуда уже в другом облачении. Началась служба. Народу было мало, и в основном пожилые люди.

Я стоял пред Спасителем и, осеняя себя крестом, слушал слова молитв. Храм! Часть судьбы и жизни моей. Почти два века назад воздвигли тебя люди взамен деревянного. Даже в тяжелые тридцатые годы не закрылись врата твои. Поднялся весь окрестный люд на защиту твою. И отстояли. Только потерял ты в борьбе той колокола свои. Может быть, придет то время, когда вознесутся на колокольню колокола и огласится окрестность малиновым перезвоном. Дай-то Бог! Иногда скрипела дверь, и входили в храм люди. Видно, и они предпочитали храм веселому шумному застолью.

Времени было уже около часа ночи, я вышел из храма и закурил. Над окрестными деревнями порой вспыхивали фейерверки, и доносился шум стрельбы. Народ встречал Новый год! Я никого не осуждал. Просто пронеслась в голове мысль, что, наверное, придет время, фейерверков над деревнями во время поста станет меньше, а народу в храме больше. Все к тому и идет.

Докурив, я вошел в храм и встал на свое место. На душе было легко. Около четырех часов утра окончилась служба. Выйдя из храма, я остановился, дожидаясь батюшку. Погода ничуть не изменилась. Все так же сверкали звезды, так же падали на землю огромные снежинки. Очарованный всем этим, я не заметил, как подошел батюшка.

- Ну что, паровоз, все дымишь? – и он дружески хлопнул меня по плечу. - Бросай свою «соску», да пойдем домой. Чайку выпьем, да и поспать бы не мешало.

- Не знаю, батюшка, как ты, а я бы сразу спать лег. Глазки слипаются.

- Да это, Володь, немудрено. К ночным службам привычку надо. Это о чем говорит? – он улыбнулся и тронул меня за плечо. - Чаще надо в храм ездить! Тогда и уставать меньше станешь.

- Постараюсь, батюшка! А все равно, хоть и устал, а душенька – поет. Это, наверное, самый счастливый Новый год в моей жизни.

- А ты думаешь, Володь, она у тебя у одного поет? Она и у меня поет. И у тех людей, что провели эту ночь в храме, тоже поет Лет пятнадцать назад, когда первый раз я начал вести новогодние службы, было три человека. А сейчас больше двадцати. Это о чем говорит? Тянется народ в храм. А раз тянется народ в храм – значит, Русь живет.

Мы вошли в дом.

- Ну, раз чай пить не будем – давай спать. Тебе как гостю самое почетное место. Лезь на печку, а я уж на свою кровать пойду.

Печку, видно, утром протапливали, поэтому кирпичи были теплыми. Улегшись поудобнее, я блаженно вытянулся. Кирпичи охотно делились с моим телом теплом. Казалось, что я окунулся в детство. Я старался подсчитать, сколько лет мне не доводилось спать на печке, но не мог. Мысли путались. Я то видел себя в детстве, то перед глазами вставал сказочный, в новогодней ночи, храм. И вдруг стали приходить на память слова, когда-то написанные мной. Я так и не могу до сих пор дать название этим рифмованным словам. То ли это песня, то ли романс, а может, это реквием по прошедшим годам? Сквозь сон я понимал, что суть не в этом, главное – эти слова написаны из Души.

 

Уходит жизнь, и беспокойней ночи,

В душе – тоска, тревога и печаль.

И полуночный ветер пусть относит

Мою печаль в неведомую даль.

 

Несет туда, где юность пролетела,

Где сказочные речки и леса,

Где Храм Родной, как белоснежный лебедь,

Своей главой уперся в небеса.

 

Ильинский храм, склоняясь, взойду на паперть,

Слезу смахну, колена преклоню.

Но почему так хочется заплакать?

Да просто я тебя, как Родину, люблю. 

 

Меня сюда завернутым в пеленки

Крестить несла счастливая родня.

С тех пор я твой! И сердцем, и душою!

Ты Жизнь моя! И ты Судьба моя!

 

А там, внутри, до боли все знакомо.

И запах ладана волнует и пьянит.

Я на коленях буду вопрошать у Бога,

Когда на Русь он взор свой обратит?

 

Хочу, чтоб вновь поля зазеленели,

Хочу, чтоб вновь счастливым стал народ,

Хочу, чтоб вновь в России песни пели,

Которых так сейчас недостает!

 

 

Черусти Моск. обл.

© Copyright 2011-2016 Прибужье.рф